Domlight

«Уют возникает, когда человек чувствует, что он находится в среде, специально созданной под его нужды», - интервью с Владимиром Плоткиным ТПО Резерв

Создание качественной архитектуры и интерьеров становится жизненно важным, особенно это касается медицинской инфраструктуры. Под влиянием времени эти объекты трансформируются из строгих «казарменных» помещений с однообразной белизной стен в завораживающие архитектурные формы с тщательно продуманным интерьером. Чтобы узнать, какие решения успешно применяют современные архитекторы мы поговорили с партнером-основателем и главным архитектором ТПО «Резерв» Владимиром Ионовичем Плоткиным.

 

Работы ТПО «РЕЗЕРВ» неоднократно отмечены профессиональными премиями и дипломами. Что отличает ТПО «Резерв» от прочих проектных бюро? В чем состоит движущая сила компании?

ВП: У всех архитекторов разные творческие и мотивационные  подходы, методологии, философские и эстетические предпочтения – все это и определяет индивидуальность проектных бюро, в том числе и нашего. Для меня эта индивидуальность очень важна. Думаю, движущая сила «Резерва» в том, что на протяжении многих лет создавался коллектив – сообщество – специалистов, в первую очередь, архитекторов, которые друг другу доверяют и умеют совместно работать над проектом, и я такая же часть этого сообщества. «Резерв» прошел различные этапы в своем развитии, но проходить их позволяла в большой степени только эта коллегиальная сплоченность внутри бюро.

ТПО «Резерв». Московский концертный зал «Зарядье». 2015-2018. Фото: А. Народицкий.

ТПО «Резерв». Московский концертный зал «Зарядье». 2015-2018. Фото: А. Народицкий.

Учитываете ли Вы опыт зарубежных коллег, например — что касается планировочных идей или применения новых технологий?

ВП:  Конечно, учитываем – мы живем в едином информационном пространстве.

 

В одном из интервью Вы признались, что городу не хватает разнообразия типологий в части постройки социального жилья. В чем, по Вашему мнению, сегодня заключаются сложности реализации концепций жилых объектов?

ВП:  Да, действительно, этот вопрос в последнее время часто поднимается Вашими коллегами. Что касается недостатка разнообразия типов жилья, то здесь причина одна: за весь постперестроечный период Заказчик (я имею в виду собирательный его образ) так и не осознал, что в жилом строительстве самое интересное и выгодное с экономической точки зрения – это социально и географически обоснованное разнообразие планировок, типов жилых единиц, разнообразие в самом стиле жизни, который в связи с этим возникает.

Отличие друг от друга, к которому все заказчики так безудержно стремятся, не достигается, потому что заказ одинаковый: стандартное секционное решение, которое приходит к проектировщику чуть ли не на стадии заключения договора. И конечная задача тоже одна: как можно больше площади. В этой ситуации, если такой заказ принимается, единственный способ обеспечить узнаваемость объекта – это декоративные фасадные решения. Что мы, собственно, и наблюдаем в районах новостроек.

Наше бюро тоже неоднократно сталкивалось с такими запросами, и долгое время мы сами создавали всевозможные паттерны облицовки. Но ведь эта работа по созданию орнаментов мало имеет отношения к архитектуре. И эта орнаментика с большим трудом, а чаще всего и тщетно, маскирует однотипные по своей внутренней структуре дома. В результате мы можем вернуться  в унылое типовое однообразие минувшей эпохи.

ТПО «Резерв». Конкурс на реновацию кварталов 2А, 2Б в районе Царицыно. Предложения по типам застройки. 2017.

Какая страна импонирует Вам с точки зрения подхода к строительству (социальных объектов)? Почему? 

ВП:  Я бы отметил опыт Нидерландов. В конце 1990-х там была создана наглядная энциклопедия жилья – во всех его возможных формах. Не может не подкупать внимание голландцев к самым разнообразным формам проживания: индивидуальным, коммунальным, студенческим и другим. Для каждого случая есть свое решение. Но еще раз – на поддержку таких разных форм должен быть запрос, причем как со стороны муниципалитетов, так и девелоперов. Нидерланды успешно эту политику реализовали.

 

Как, по Вашему мнению, создать уютную и комфортную городскую среду?

ВП:  Что касается «уюта» – об этом я частично сказал выше. Уют возникает, когда человек чувствует, что он находится в среде, специально созданной под его нужды, чувствует, что о нем подумали. А «комфорт» – да, это слово в последнее время употребляется как универсальная положительная характеристика городской среды, хотя в действительности градостроительство комфортом не ограничивается.

Комфорт – лично для меня – это отсутствие монотонности и поддержка того разнообразия укладов жизни, которое и свойственно городу. Эту позицию в той или иной степени мы постарались отразить в наших градостроительных конкурсах – проекте Международного Финансового Центра в Рублево-Архангельском, проекте реконструкции «серого пояса» Санкт-Петербурга, проекте реновации Царицыно.

ТПО «Резерв». «Серый Пояс. Преобразование» — градостроительный конкурс на преобразование исторической промышленно-селитебной территории Санкт-Петербурга. Генеральный план. 2016.

Проектирование каких объектов наиболее ресурсозатратно для архитектурного бюро — жилые комплексы / здания для систем здравоохранения / объекты социально-культурного назначения? Какие направления привлекают конкретно Вас?

ВП:  Здесь невозможно выделить какое-либо одно направление – приходит заказ, и, если он в целом ясен и корректен, мы его выполняем. Интерес можно найти во всем, и отдачи требует абсолютно всё. Объекты здравоохранения – это одна из самых типологически сложных групп зданий. Но, конечно, есть уникальные объекты – концертный зал «Зарядье», например. Это был совершенно новый опыт для нас, особенно, в технологическом отношении. Там задействовано было столько специалистов, сколько не было ни на каком другом объекте, и еще приходилось сотрудничать с внешними бюро, потому что здание является частью паркового комплекса, соответственно, мы были в постоянном контакте со всеми участниками общего проекта.

Что позволило сформировать на территории комплекса в Коммунарке комфортную среду с удобной навигацией? Расскажите, пожалуйста, подробнее об этих решениях — эскалаторы в главном вестибюле, фасады, оформление общественных пространств. 

ВП:  В больнице в Коммунарке на ранней стадии проектирования стало ясно, что потребуется разработка системы цветовой навигации. Это система, при которой каждому комплексу присваивается свой цвет, и по этому цвету посетитель его узнает и на схемах, и в реальности. Сказать, что это решение особое, нельзя, потому что уже много лет это стандарт в проектировании медицинских объектов. Более того, цвет в этих объектах часто становится основой архитектурных решений. У нас это не вполне так – корпуса отличаются по геометрии и пластике фасадов, в первую очередь. Но внутри цвет действительно оживляет интерьеры, помогает ориентироваться. Отдельно разрабатывалась графика информационного панно в вестибюле, написание шрифтов. Получилась светлая, легкая атмосфера в зоне рецепции, с нужной долей «лабораторного» или «технологичного» характера.

ТПО «Резерв». Больница с родильным домом в пос. Коммунарка (ТиНАО г. Москвы). 2017-2019. Интерьер операционной. Фото: И. Иванов.

ТПО «Резерв». Больница с родильным домом в пос. Коммунарка (ТиНАО г. Москвы). 2017-2019. Интерьер зоны рецепции. Фото: И. Иванов.

ТПО «Резерв». Больница с родильным домом в пос. Коммунарка (ТиНАО г. Москвы). 2017-2019. Интерьер конференц-зала. Фото: И. Иванов.

Какие проектные решения позволят избежать шаблонных ассоциаций с медицинскими учреждениями? 

ВП:  Вы задали интересный вопрос, потому что сразу возникает оговорка – а что такое «шаблонные ассоциации с медицинскими учреждениями». Думаю, что личные палитры этих ассоциаций у людей во всем мире настолько разнообразны, что неясно, с чем сравнивать.

Хорошо, давайте возьмем стереотипные моменты: белый цвет, стерильная атмосфера, коридоры, холлы с ожидающими пациентами, прогулочные зоны… Всё это есть и у нас, потому что это часть такого типа зданий как больница. Наверное, самое важное – это то, что весь комплекс больницы решен как единый ансамбль, поскольку возведен единовременно и одним бюро. Это тоже не уникальный случай для таких разветвленных госпиталей, особенно, если принимать во внимание актуальный зарубежный опыт. Но мы постарались, чтобы это была не просто «территория больницы», где стоят какие-то строения, а единый организм, очень большой организм. Он построен предельно ясно с точки зрения генерального плана. Но, тем не менее, как уже отмечалось, обширность территории потребовала дополнительных средств навигации.

ТПО «Резерв». Больница с родильным домом в пос. Коммунарка (ТиНАО г. Москвы). 2017-2019. Интерьер зоны рецепции. Фото: И. Иванов.

Какие изменения хотели бы внести, оценивая текущий результат? Какой Вы представляете себе больницу будущего с точки зрения эффективных решений в части архитектуры?

ВП:  Особенно на фоне текущей трагедии с пандемией представление о будущем больниц  очевидное – решения должны быть максимально гибкими, легко адаптируемыми к возможным непредвиденным ситуациям и иметь возможность “метаболистического” развития в пространстве и времени. Я имею в виду, что будущее, возможно, за сетевой организацией медицинских учреждений, которые могли бы обмениваться ресурсами, функциями, быть в определенных областях взаимозаменяемыми.

ТПО «Резерв». Больница с родильным домом в пос. Коммунарка (ТиНАО г. Москвы). 2017-2019. Внешний вид корпуса №1 (палатный корпус). Фото: И. Иванов.

ТПО «Резерв». Больница с родильным домом в пос. Коммунарка (ТиНАО г. Москвы). 2017-2019. Внешний вид корпуса №1 (палатный корпус). Фото: И. Иванов.